Версия для слабовидящих
КУПИТЬ БИЛЕТ

КРОЛИК «ПО-СУББОТОВСКИ»

ТЕАТРАЛЬНЫЙ МИР № 2

Сергей КОЗЛОВ

март 2017

 

Санкт-Петербургский театр «Суббота»

По мотивам сказки Кейт ДиКамилло «Удивительное путешествие кролика Эдварда»

Сценарий и постановка – Владимир Абрамов

Художник-постановщик – Евдокия Смирнова-Несвицкая

Кролик Эдвард, придуманный американской писательницей Кейт Ди Камилло, уверенно шагает по сценическим площадкам. Оно и не удивительно – в сказке можно узнать разбойничье озорство Астрид Линдгрен, пугающую мистику Эрнста Теодора Амадея Гофмана, философскую грусть Кеннета Грэма и много других любимых настроений и мотивов. И в то же время «Удивительное путешествие кролика Эдварда» произведение свежее, современное в картинах жестокого взрослого мира, который открывается ребенку за пределами уютной и благополучной семьи. И этот художественный мир не менее удивительным, чем путешествие, образом лег на стилистику театра «Суббота». Режиссер Владимир Абрамов сохранил идею оригинала, но вписал ее в трогательно-эксцентричную, гротескную и доверительную «субботовскую» атмосферу. При этом провинциальный городок одноэтажной Америки из сказки превратился в британский, с непременным чопорным «файв-о-клоком» под фолк-вариации Риччи Блэкмора. Сложно сказать, что для сегодняшнего маленького зрителя более узнаваемо (к тому же строгие, почти деловые силуэты в костюмах Евдокии Смирновой-Несвицкой вполне могли бы изображать Новый Свет), но такое решение тянет за собой вереницу убедительных ассоциаций. Это уже и упоминавшийся Грэм, и Милн (ведь заглавный герой – детская игрушка), и даже Диккенс с его верой в воздаяние за добро и зло. Мир британской культуры крепок и волшебством, и семейными сагами (по сюжету кролик Эдвард попадает в семьи разного социального уровня и с разными проблемами), и своим бунтом против изживших себя общественных устоев. В спектакле звучат не только удобные для детского слуха аранжировки Beatles, но и Pink Floyd, Led Zeppelin… И это отдельная благодарность авторам постановки за тонкий и ненавязчивый вкус, разумное следование канону и нелинейности интерпретации иллюстративного ряда. Сценографическое пространство тоже по-субботовски лаконично и практично. Разной конфигурации передвижные стремянки организуют мизансцены во всех трех направлениях, позволяя представить себе и дом респектабельного семейства, и хижину рыбаков, и пароход, и поезд… А за ними звездное небо, передающее не только волшебную красоту, но и задающее кантовскую парадигму, в которой оказался заглавный герой. Ожидаемо, что в спектакле он решен в двух ипостасях. Большая кукла служит прямой иллюстрацией – покрытый дерзко торчащим мехом кролик в джентльменском костюмчике. Так легко поверить капризам избалованного сноба Эдварда, который отказывается понимать любовь. А вот вторая, «живая», часть героя представлена ребенком в огромных штанах на лямках и шляпке с кроличьими ушками. Казалось бы, самый простой «тюзовский» ход, да еще со взрослой актрисой-травести. Но Ольга Николаева не оставляет сомнений именно в таком решении. Усыпляя поначалу привычными интонациями сюсюкающего игрушечного персонажа, она проводит зрителей через жесткое, трагическое взросление ребенка, утратившего иллюзии, но обретшего сложное, философское принятие глубинных человеческих понятий о жизни. Эдвард, несмотря на высокомерие, оказывается беззащитным перед созерцанием горя, трогательным и сентиментальным. На протяжении спектакля кажется, что огромные, смело распахнутые глаза актрисы выступают в качестве холста, на котором она отрисовывает сложные и захватывающие переживания. Волшебство в постановке Абрамова имеет сюрреалистическую природу, которое является проекцией того иррационального и романтичного, что есть в человеке. Вставная история о Принцессе сделана с фирменным юмором на грани эстрадной эксцентрики. Пелегрина в исполнении Марины Конюшко – наследница гофмановского Дроссельмейера. Схожесть не только в сюжете, продиктованном оригиналом (именно она дарит Эдварда внучке Абелин и насылает на куклу злоключения). Молодая, красивая актриса в черном вдовьем платье прикрыта сутулостью и зонтиком в качестве трости. Но при внешних повадках старушки, в ней заключена роковая сила, которую нельзя однозначно определить как добро или зло. Так же, как и для Ольги Николаевой, для Марины Конюшко несколько характерных черт – лишь возможность приблизиться к детям и завоевать их доверие, после чего начинается настоящая, взрослая драма. Сюжет сказки и спектакля построен как череда наблюдений и размышлений Эдварда о людях, к которым он попадает в качестве игрушки. В создании персонажей ДиКамилло наверняка вдохновлялась героями Элинор Портер и Фрэнсис Бёрнетт. Основная тема – это семейные отношения между родителями и детьми. Актеры театра играют по три-четыре роли, крепко и обаятельно, с теплотой представляя каждого героя. То, что одни персонажи похожи на других, можно читать не только как театральную условность, но и как прием. Потерявшийся в большом мире Эдвард во всех ищет родных ему людей. А потому умирающая добрая Сара-Рут выглядит точно так же, как хозяйка Абилин (Валентина Лебедева); Мама (Анна Васильева) и Папа (Григорий Сергеенко) похожи на Нелли и Лоренса, супружескую пару рыбаков, первыми подобравшими игрушку. И все эти встречи показывают мир людей, которые борются с несправедливостями – от мелких ссор и до смерти, от равнодушия до страсти разрушать и причинять боль. Темы непонимания людьми друг друга вообще близки всему репертуару театра, и поиски спасительного света и оптимизма хорошо ощущаются и в этом спектакле. Сам пройдя через смерть – сломавшись – и возрождение, Эдвард становится символом любви, которая обязательно должна быть как минимум двусторонней. Режиссер не постеснялся усилить в и без того сентиментальном финале лиризм от встречи героя со своей повзрослевшей хозяйкой. Но для авторов спектакля важна не мелодраматичность ситуации, а семейное единение, которое не изглаживает из памяти потери и грусть, но позволяет чувствовать жизнь острее. Субботовский «Кролик Эдвард» не просто нравоучительная остросюжетная сказка с примесью волшебства, а возможность честно пересмотреть свои жизненные приоритеты, не отрицая катастроф и несправедливостей. Спектакль успел стать лучшим на фестивале «Театры Санкт-Петербурга – детям» и взять еще две награды за актерские работы.