Версия для слабовидящих
КУПИТЬ БИЛЕТ

ОПЯТЬ МНЕ СНИТСЯ СОН…

«Невское время», среда 23 марта 1993 г., Ольга Скорочкина

 

Театру «Суббота» исполнилось 25 лет

Опять мне снится сон

Один и тот же сон,

Он вертится в моем сознанье

Словно колесо…

 

Этим убойным шлягером начала семидесятых начнается один из лучших спектаклей «Субботы» — «Окна, улицы, подворотни», и, может быть, этот шлягер – музыкальный эпиграф и ключ ко всему творчеству театра, который – шутка сказать!- существует двадцать пять лет. Двадцать пять лет к нему пристают: так вы театр или клуб? В каком-таком жанре работаете?

В жанре русского народного сновидения. Четверть века все повторяется и повторяется этот сон – как ленинградские мальчики и «девочки-сестры из непрожитых лет»… выбегают на сцену и со стихийным вдохновением актеров-романтиков разыгрывают перед зрителями драму своей жизни. В этой драме6 все перемешано, как в фантастическом сне про «портрет Пабло Пикассо» : жизнь и игра, актеры и зрители, времена, поколения, моды, мелодии, театральные пристрастия, стили, направления…

«Чудесный сплав» этого длинного театрального сна вобрал в себя наши страхи, наш юмор, наши предчувствия и нашу явь, нашу боль и надежды и такой экзотический феномен загадочной русской души, как «наш маразм», до которого искушенному западному абсурдисту – как до Луны, потому что умом его не понять и аршином общим тоже не измерить.

За ушедшие четверть века треснуло и разбилось не одно зеркало сцены. «Суббота» проявляет чудеса выживаемости.

«Суббота» никогда не была замечена в стремлениях отражать эпоху. Но эпоха в ней отразилась сама, без спроса. Все родимые пятна и отметины ушедшего времени отпечатались на ее страницах, заполненных ломким юношеским почерком. Перелистаем.

«Суббота» — лауреат фестивалей народного творчества. «Без меня народ неполный» — мог бы повторить театра знаменитую фразу Андрея Платонова. Скажем больше: без «Субботы» была бы неполной картина петербургской сцены, многие актеры, художники, режиссеры родом из «Субботы».

Перелистаем. В 70-е «Суббота» побывала на знаменитой стройке века – на БАМе и даже получила премию им.Ленинского комсомола. «Суббота» не осталась в долгу: комсомол появился на ее сцене в образе комсомольца-дебила (спектакль «Стоп-кран») – одно другому не машало, не противоречило и уживалось в поразительном органическом единстве.

«Суббота» всегда разрушала всяческие барьеры. Однажды она даже пробила брешь в «железном занавесе». В Середине 70-х в американском журнале «Лайф» была напечатана фотография спектакля «Субботы». Империя зла предстала в американской прессе в облике домашнего, нащванного даже семейным театра, и это лицо было Семена Спивака – молодого икудрявого – в роли Пуфика Гениального. Сегодня, когда Семен Яковлевич возглавляет один из лучших петербургских театров – Молодежный театр на Фонтанке, незабвенные черты Пуфика Гениального просве6чивают сквозь другие, взрослые его отпечатки.

Сегодня на программках «Субботы» появились новые слова: спонсор, менеджер. И все равно творчество этого театра – восстание актерского, уличного романтизма в век практицизма. Его актеры говорят в одном из спектаклей: «О, театр нежилого фонда! Ты один в кромешной тьме! И если один одинешенек последний зритель придет к нам – и для него будем играть».

И веришь – действительно будут. Потому что двадцатипятилетнее их существование под крылом Юрия Александровича Смирнова-Несвицкого, бессменного вождя, — не просто молодежная тусовка, но культурное делание, противостоящее распаду – времени, поколений…

«Суббота» — дворовое братство «ленинградских хроник», этих театрализованных страниц собственной жизни, с бесстрашием вынесенное на подмостки. Это братство «крепостных актерок», братство актеров театра «Глобус» (спектакль «Кто там весь в крови?»), окопное братство «Трех товарищей» Ремарка и братство пациентов психиатрической клиники ( «Ночь нежна» Фицджеральда).

Сегодня, когда в моду снова возвращаются брюки-клеш и туфли на платформе. «Субботе» не нужно гнаться за модой. Она из нее и не выходила. Она хранила в своих театральеных сундуках одежду, в которой начинала играть в конце 60-х. Она все эти годы играла «Окна, улицы, подворотни» в широченных клешах и замшевых, с бахромой мини-юбках. Поэтому «Суббота» сегодня шагает в ного с новым поколением на немыслимой высоте «платформе».

Опять мне снится сон, один и тот же сон…

Какие бы сны ни смотрела «Суббота» — из жизни детей ленинградских подворотен, героев русской классики или мировой литературы, — ее афиша богато и разнообразно представлена. Все равно в сущности это «один и тот же сон»: чья-то юность, стоящая в подворотне, с поднятым от ветра воротником. Идет дождь. Зонтик – эмблема «Субботы» — перевернут вверх ногами.

«Субботе» двадцать пять лет. По театральным меркам – седой ветеран. Как поется в одной печальной песне – «в демисезонном выцветшем пальто…»

Но если «Субботу» встретишь в переулке, непременно воскликнешь: «Вы потрясающе выглядите! А что вы делаете сегодня вечером?…»