ШЕСТЬ «СУББОТ» НА НЕДЕЛЕ — Театр Суббота
Версия для слабовидящих
КУПИТЬ БИЛЕТ

ШЕСТЬ «СУББОТ» НА НЕДЕЛЕ

Журнал Аврора. 1973. №8. С.50-54

1

Театральный клуб «Суббота»

растревожил нас чего-то.

Ох и тяжкая забота нам, друзья!

Ничего понять не можем,

Но поймите вы нас тоже,

Без театра, без театра — нет, нельзя.

Все вокруг твердят: «Суббота», «Суббота» — и при этом почему-то загадочно улыбаются. А что если и нам с вами попытаться попасть на спектакль «Субботы»? Оказывается, напрасно мы нервничали, запасались рекомендациями. Вежливый администратор называет наши места в зрительном зале (новичкам — получше), а заполнив абонемент (адрес, род занятий, фамилия, имя), вы можете стать постоянным «субботовским» зрителем, участником творческих встреч, дискуссий, премьер.

…В вестибюле, задрав колеса, лежит перевернутый детский велосипед. Над ним плакат: «Дорогие гости! Мучительные поиски любительского театра закончились изобретением велосипеда. Но мы не унываем. Как ни говорите, одним велосипедом стало больше». Через коридор-ловушку, составленный из театральных ширм, мы попадаем в зрительный зал. На сцене нехитрый театральный скарб. Ряды кресел расположены амфитеатром. Чтобы получился амфитеатр, в зале с ровным полом использовали подставки. Последний ряд, стоящий на лавках и слегка покачивающийся, называется «экспериментальным». Ширмы, велосипед, «экспериментальные» кресла, как мне показалось, скорее от неуверенности. Но случайных посетителей в зале почти нет, все — свои. Актеры и многие зрители знакомы друг с другом — они здороваются, переговариваются. Поплыла мелодия блюза в магнитофонной записи. Непринужденно, совсем не по-театральному начали «субботовцы» спектакль. Собственно, он начался еще раньше — в вестибюле. Сыграны прологи. Актеры, весело посмеиваясь, лукаво поглядывая на зрителей, садятся полукругом перед нами.

Участники спектакля выходят из зала, подсаживаются к зрителям, показывая, что при желании каждый смог бы поменяться с ними местами.

 

2

Театральная «Суббота» —

происходит в клубе что-то,

Все заброшено, забыто,

мы спешим скорей сюда,

Будто кто-то здесь прощался,

Будто в чем-то открывался…

Будто в чем-то самом важном —

навсегда.

В Выборгском дворце на очередном занятии университета культуры Юрий Александрович Смирнов-Несвицкий заметил, что больше половины ребят, которым он рассказывал, как ему казалось нечто интересное, спят с открытыми глазами. Ему вдруг самому мучительно захотелось спать, и про себя он решил, что это занятие будет последним. Больше не будет он обманывать себя и ребят, ради которых два-три раза в неделю отрывает время от диссертации и добирается сюда через весь город. Но чтобы уход не выглядел демонстративно обидным, решил как-то скрасить последние минуты, проведенные вместе. Попросил всех выйти в центр, отодвинуть стулья и попробовать сыграть этюд. Ни учитель, ни удивленные ученики в тот момент не подозревали, что присутствуют при рождении «Субботы».

Потоптавшись немного, робко, стесняясь, пробовали ребята что-то сыграть.

Договорились о следующей встрече…

В архиве «Субботы» есть фотографии импровизаций, репетиций. Эти фотографии рассказывают не только о рождении спектаклей, но и о рождении дружбы, коллектива.

Сначала занятиям, спектаклям мешала неразбериха. Единодушно решили: в «Субботе» не должно быть эгоистов, себялюбцев. Вся работа была разделена на творческую и административно-хозяйственную, причем каждый член клуба обязательно должен был заниматься и хозяйственными делами. Часть «теоретической группы», озабоченная лишь пополнением собственной эрудиции, стремящаяся только к «самовыражению», выделилась из «Субботы». Может быть, поэтому так пристально приглядываются в клубе к каждому новичку: будучи другом «Субботы», он должен доказать право стать кандидатом в члены клуба, и лишь после этого становится «субботовцем». Но каждый новичок, проходя «кандидатский стаж», сразу же получает небольшую роль в спектакле. Каждый актер, свободный от спектакля, входит в бригаду по его обслуживанию. Многие члены клуба и вовсе не играют в спектаклях, но и у них творческое самочувствие равноправных создателей спектакля. Средний возраст «Субботы» — двадцать лет.

Всей деятельностью клуба занимается Совет, созданный из самых преданных «субботовцев». Председателем Совета выбрана восемнадцатилетняя Галя Романовская. Вместе с художественным руководителем Совет управляет творческой и общественной жизнью театра-клуба с помощью, как и положено, литератур- но-театральной части, музыкальной, дисциплинарной, художественно-постановочной, оперативной, клубной. «Частей» — несколько больше, нем в обычном любительском и даже в профессиональном театре. Но и «Суббота» — не театр, а нечто другое…

Литературная часть помогает художественному руководителю создавать материалы для спектакля, стенгазеты, готовит историко-театральные лекции. Одобренная Советом, такая лекция может быть предложена и зрителям.

Борьбу с благодушием, иждивенческими настроениями приходится в дисциплинарной части выполнять старосте и помощнику. У старосты есть «черная» и «красная» книги для записи замечаний и поощрений. Три записи в черной книге — и Совет рассматривает вопрос о переводе члена клуба в кандидаты или даже об исключении его. На ширмах, где вывешивается расписание, увы, иногда появляются и такие «приказы».

В «Субботе» художественно-постановочную часть возглавляет Сергей Голощапов, по профессии художник-конструктор. Консультирует оформление спектаклей театральный художник Марк Смирнов.

Административная часть занята зрителями — своими, «субботовскими». Координирует работу всех частей, увязывая их, часть оперативная под руководством Нади Никитиной.

Клубная часть (организатор клубного дела и архивариус) занимается организацией вечеров. Уже есть история «Субботы», составленная из газетных вырезок, фотографий, дневников, книги отзывов, где много теплых слов ленинградских артистов, режиссеров, драматургов, критиков, членов других самодеятельных художественных коллективов.

Заканчивают работу в клубе поздно— в одиннадцать, а то и в две- надцать ночи.

Все так загружены (шесть «суббот» на неделе), что единственный «выходной» — четверг в шутку называют «банным» днем «Субботы».

 

3

Где-то бродит юность рядом,

Где-то там, за Летним садом,

Стала строже и серьезнее она,

Открывай глаза пошире,

Ты себя услышишь в мире,

Ты прислушайся, ты слышишь?

Тишина!

 

Они называют себя домашним театром. Но домашним он остается только по атмосфере, по контактам с залом.

«Субботе» свойственны раскованность, уличная стихийность, балаганный задор, насмешливость.

Все увиденное в клубе в разное время под разными названиями для меня было одним большим спектаклем, сделанным в одном ключе.

Этот спектакль можно прервать на любой сценке, начать с любого места, меняя последовательность. Он рожден «Субботой» и присущ только ей. Каждая частица этого спектакля называется «страницей» или «кругом». Действие задумано тоже концентрически — спектакль все время возвращается к дорогим для ребят мыслям о высоком назначении искусства, опасности плена мещанства. Многое на глазах рождается из импровизаций. Закончена «страница», и бережно складывается отслуживший сегодня несложный актерский реквизит.

— Кто будет гостем? — спрашивает действующее лицо.

Лес рук.

— Хорошо, ты будешь гостем.

Спектаклям свойствен дух лабораторности. Если не дается какой-то текст, то участники спектакля вместе с нами, зрителями, размышляют, как это можно сыграть, вслух делятся своими сомнениями, соображениями. Конечно, все «случайности» продуманы, обыграны все детали реквизита.

Утверждая нужность театра, спектакль обращается за поддержкой к авторитету Александра Ивановича Герцена: «Театр — высшая инстанция для решения жизненных вопросов». Конечно, они любят театр, бредят им, мечтают о профессиональной сцене. Чтобы не впасть в прекраснодушие, тут же иронизируют над своим честолюбием.

Вот Сеня Спивак, из которого «жизнь сделала химика, но в душе он режиссер». (Так они представляют самих себя зрителям). Или Ира Беляева, мечтающая стать актрисой. «Есть в зале кто-нибудь из Театрального института? Запомните ее, а Ира запомнит вас».

Ребятам есть что сказать, они в поисках своего собственного репертуара. Спектакли — сплав литературных текстов и собственных наблюдений, раздумий. Главная тема «Субботы» — искусство, это «танцующие и поющие рецензии». По-театральному остроумно, гротескно сделана миниатюра — репортаж у пивного ларька (этот рассказ был подарен клубу Михаилом Жванецким).

В новелле «Наташа и война» все уходящие на фронт прощаются с близкими, родными. По перрону мечется парень.

— А мне не с кем прощаться!.. Уходящим на фронт было столько же лет, сколько ребятам, которые сейчас играют их. И сходство у них не только внешнее. Они росли в тех же условиях, воспитывались на тех же героических примерах, книгах, фильмах.

И актеры, вглядываясь в лица своих героев — Наташи, Гали, Сережи, —- видят в них черты Зои, молодогвардейцев, погибших поэтов.

Театр для тех, кто пришел клуб «Суббота», стал смыслом жизни, факты их личной жизни становятся на сцене предметом театрального исследования.

Вот «Хроника семьи Романовских».

Молодые актеры «Субботы» — семья Романовских — взахлеб рассказывают о клубе, а следовательно, себе. Тут все перемешано, как и в жизни: утро, транспорт, работа, неурядицы, обеденный перерыв, дурацкое знакомство и выяснение отношений, снова работа, снова транспорт, вечерняя школа — заботы о клубе, клуб — заботы о школе. Радостный, ликующий итог дня: все успела, даже постирать!

Галя Романовская «играет» в бунинском рассказе так, как может представить себе сегодня юность минувшую эпоху. Тут искусство не столько в самой игре, сколько в озарении, вспыхнувшем вдруг в сознании Гали: «Я никогда не знала, не читала рассказов Бунина. А когда мы прочли этот рассказ у себя в клубе, я бросилась в библиотеку и стала читать: об антоновских яблоках, солнечном ударе, о свидании с погибшим чувством». Осознание себя личностью становится смыслом спектакля. Без этого нет и клуба.

Итак, на улице Рубинштейна, 13, в помещении ленинградского Дома художественной самодеятельности, приютившего «Субботу», пересеклись две тропинки поисков: возможностей художественной самодеятельности, любительской самодеятельной студии — и формы клубной работы. Первое представляется наиболее интересным. «Суббота» здесь самостоятельнее всего.

Народные театры, как показал многолетний опыт их работы, в своей основе подражают профессиональным коллективам. С первых же шагов существования они, как ни парадоксально, попадают под влияние и профессиональных штампов. Беря для постановки многоактную классическую пьесу, самодеятельные артисты как к точке отсчета невольно обращаются к какой-либо школе, позиции, направлению профессионального театра.

«Суббота» подчиняет и драматургию своим, пока скромным, возможностям. Не играет великих, а вместе с залом познает их, передает собственное отношение к прочитанному, приспосабливая литературный материал к индивидуальности исполнителя. Такой принцип работы оберегает от закостенелости.

В том, что «Суббота» стала для многих молодых рабочих, служащих, студентов своеобразной эстетической школой, прежде всего заслуга ее создателя и художественного руководителя Юрия Александровича Смирнова-Несвицкого. Профессиональный театральный критик, он терпеливо и бережно, как истинный педагог, вводит своих юных друзей в круг нравственных, этических и художественных проблем современного театра. Процесс познания в клубе — это творчество самих ребят, это проверка делом усвоенных или вызывающих сомнение положений, выводов, мыслей Не знаю, станут ли все «субботовцы» в дальнейшем артистами, режиссерами, театроведами но то, что здесь воспитывают люди любящие театр, умные, требовательные зрители, не вызывает сомнений ни у кого, кто хоть раз присутствовал на так называемой дискуссионной разминке, когда ребята перед началом занятий рассказывают, что они видели нового на сценах театров, и объясняют, почему им та или иная роль, тот или другой спектакль представляются удачей или неудачей, что сумели они увидеть хорошего и в неудаче и т. д.

На занятии Юрия Александровича не сразу и заметишь — он держится равноправным членом клуба, его мнение — одно из многих. Но с каким вниманием к нему всегда прислушиваются! Юрий Александрович считает «Субботу» одной из возможных форм приобщения молодежи к искусству. Конечно же, большинству артистов «Субботы» недостает профессионального умения, но не это главное в спектаклях клуба.

Форма общения с залом, простая и естественная, компенсирует недостаток художественного мастерства. И все же ему они учатся постоянно.

Майор Куценогий