Двенадцать страниц о любви — Театр Суббота
Версия для слабовидящих
КУПИТЬ БИЛЕТ

Двенадцать страниц о любви

Варвара Цыпина

Петербургский театральный журнал, 26 января 2021

Фестиваль коротких пьес «Stories» в театре «Суббота»

Второй год подряд в театре «Суббота» проходит драматургический фестиваль «Stories». Отличительной его чертой, на первый взгляд, является сам формат коротких пьес — объем не более 12 страниц. Но по итогам лаборатории оказывается, что количество страниц имеет для сценического воплощения чуть ли не самое меньшее значение. Зато на результат эскизов, поставленных шестью молодыми режиссерами, студентами и недавними выпускниками режиссерского факультета РГИСИ, безусловно, влияет открытие «Флигеля» — нового пространства театра «Суббота», созданного специально для экспериментов, в том числе и над пьесами, отобранными экспертами «Stories». Поэтому тексты здесь почти не представляются, а лихо интерпретируются всевозможными средствами, и увиденное можно назвать скорее полноценным спектаклем, нежели читкой. Однако характерна для всех эскизов и внимательность к авторскому слову — не как к тому, что необходимо передать досконально, но как к тому, что нужно расслышать.

По-прежнему, как и в любом другом конкурсе, здесь есть пьесы, предлагающие театру новое. Таков текст Жени Сташкова «Лаврово верво». Название пьесы, звучащее как слова с определенным смыслом, пересобранные в слова, лишенные любой трактовки, в некотором роде демонстрирует настроение самого текста. Что такое это «лаврово верво» — совершенно неясно, но есть в этом сочетании букв нечто загадочно-знакомое, что непременно хочется постичь как какую-нибудь тайну архетипического мышления. Режиссер эскиза Анастасия Быцань не дает ключа к разгадке, а интуитивно следует за пьесой, предлагая бесконечное множество трактовок текста. Троих мужчин в белых одеждах, в разговоре устремленных в сторону экзистенции, можно было бы одновременно принять и за первых людей мира, и за сумасшедших в психиатрической больнице, и за застрявших между мирами человеческих существ.

Пьесы выпускницы Мастерской Натальи Скороход Маши Всё-Таки стабильно попадают почти в каждый драматургический конкурс. Машу Всё-Таки можно любить за одно только поэтическое мироощущение, которым она делится в своих текстах, за способность чувствовать поэзию в самой заурядной прозе. И еще за многое другое. Но режиссеры, работающие с пьесами этого драматурга, кажется, чаще всего останавливаются на первом пункте. Тогда актеры хватаются за ритм, а обсуждение таких показов сопровождается словами «мантра», «молитва», «транс». Режиссер Александр Букурев отказался от медитативных погружений в пользу ясности высказывания, и эскиз мог бы стать ответом на вопрос «что есть любовь?». Актеры здесь не разыгрывают текст, а пытаются присвоить его прямо в момент озвучивания, как будто мы наблюдаем всего лишь репетицию. Это приковывает внимание к слову не только как к набору звуковых вибраций, что в итоге и складывается в песню, но дает возможность тут же осмыслить услышанное, не только почувствовать, но и подумать про эту любовь.

Подобный акцент сделан и в пьесе Олега Михайлова «Круглый дом». Актриса Марина Конюшко читает текст у микрофона, в это же время режиссер эскиза Марина Бурдинская на переднем плане разыгрывает пантомиму от лица главной героини Машеньки. Но пластическая композиция ничего не добавляет, а, напротив, скорее сбивает с толку, не позволяя сосредоточиться на ультракоротком (7 страниц белым стихом) высказывании.

Вацлав Дембовский выбрал из списка пьес драму Лизы Булаевой «Путешествие по Сибири». Режиссеру удалось соблюсти заданный драматургом жанр «бэд-трип», описывающий негативные последствия от наркотических препаратов. Сибирь в названии пьесы — тоже наркотик, один из десятка психоделиков, которыми балуются герои пьесы. В начале эскиза на экране демонстрируется видео, в котором герои тащат по улицам Петербурга обветшалый матрас, а затем заносят его в театр — сначала на экране, а потом уже по-настоящему. Звучит главная тема из фильма «Реквием по мечте», уже ставшая символом губительной силы наркотиков, но вместе с тем и общим местом в разговоре на эту тему. Намного более сильное впечатление вызывают другие звуки: трудно назвать отчаянные удары палочками по барабанной установке, рьяное подергивание струн гитары — музыкой, но в этой яростной попытке ее создания и транслируется ощущение экстатического приступа зависимого человека. Когда во всю мощность гремят инструменты и перепонки вот-вот лопнут от усиленной громкости, кажется, что сейчас настанет какая-то другая реальность. Ведь наркотики — это выход в иную плоскость, и поэтому всегда — игра со смертью, вне зависимости от того, какое поколение вступает с ней в диалог. Старшим коллегам слышится в пьесе четкое отображение языка современных подростков; по моим же ощущениям, он относится скорее к поколению поздних миллениалов, родившихся в конце 90-х. Но в итоге, и это главное, текст побуждает к размышлениям и тех, и других.

Елена Щетинина в пьесе «Мальчик-обжора» рефлексирует на тему страха и травмы. Разгадка текста считывается чуть ли не сразу же, но режиссер эскиза Роман Бокланов не сопротивляется этому, уделяя внимание не сюжету, а психологическому состоянию героев. Пьеса — пособие по изучению защитных реакций мозга на собственные поступки. Главные герои — компания мальчиков подросткового возраста, настоящие маньяки-убийцы, — рассказывают историю загадочного мальчика-обжоры, которым они являются сами. Эскиз медленно движется в сторону сюрреалистического кошмара, в конце которого герою предстоит встретиться с темной версией себя. А начинается это как безобидная история о фантастическом мальчике, который всего лишь съел кепку одного из героев. По ходу эскиза в действие включаются элементы видеопроекции, эти фантасмагорические образы и ставят под сомнение простоту подростковой выдумки, выводя содержание на новый уровень.

Самым завидным сюжетом, безусловно, обладает пьеса Елены Петуховой «Корова», эскиз которой поставил режиссер Кирилл Люкевич. Молодому человеку, потерявшему год назад любимую жену Лену, приходит смс-сообщение, которое могла послать только она. Выполняя адресованную ему просьбу, герой выходит на улицу и видит корову, которая и есть его жена. Трогательная до нервного придыхания история о невозможности счастья на сцене театра «Суббота» сделана в форме компьютерной игры, что само по себе уже отличная метафора бренности бытия. Саше предстоит пройти десятки испытаний, чтобы спасти свою корову жену. Каждый новый раунд сопровождается музыкой, похожей на тему из «Марио», и новым антагонистом — бенефисная роль Артема Лисача, через каждый проигрыш представляющего нового героя. На пути к счастью Лены и Саши стоят и полицейский, и экзальтированная дамочка, и причудливый странник. Но их движения скованы как бы самой нереальностью существования рядом друг с другом. Однако у силы любви свои правила. И если корова уйдет в небытие, служба доставки «Молоко любимой женщины» сама наполнит жизнь своим лучшим другом — абсурдом.