Памяти туман, или философия любви — Театр Суббота
Версия для слабовидящих
КУПИТЬ БИЛЕТ

Памяти туман, или философия любви

30 июля 2021, Инна Зайцева, арт-журнал «Около»

29 июля на сцене театра «Суббота» кипели античные страсти под философско-психоделическим соусом в премьерном спектакле Андрея Сидельникова «Марево любви». В основе постановки – сюжет комедии Пьера Карле де Мариво «Торжество любви» и пьеса Клима «Марево Мариво». Премьера состоялась 23 июня 2021 года.

«Марево любви» — мираж, новая реальность или сюрреалистический вневременной сон об античной Спарте, философских учениях в саду и борьбе за власть, в которой побеждает не сильнейший, а любящий. Это постановка, призванная удивлять, озадачивать и заставлять размышлять о смыслах в самых глубоких философских терминах.

Первое, что удивляет зрителей – это обилие красного цвета. Декорации представляют собой кроваво-красные, мягкие, пружинящие кубы и параллелепипеды. Баки и кувшин тоже красные. Даже одежда персонажей либо белого, либо красного цвета.

Зрителей встречают харизматичный садовник Димас (Григорий Татаренко) в красно-белом спортивном костюме и не менее обаятельный слуга Арлекин (Иван Байкалов) в белом костюме. Перед началом спектакля они игриво убирают мусор, шутливо и по-дружески помогая всем собравшимся естественным образом влиться в происходящее, а затем интригуют зрителей словами, что понять спектакль удастся не всем.

Что же такого в этой постановке, над чем предстоит поломать голову? Во-первых, сам текст комедии французского драматурга Пьера де Мариво. Не просто так его имя дало понятие мариводажа, то есть изысканного стиля, представляющего собой смесь метафизики и тривиальности. Язык его персонажей — маска, за которой скрыты психологические нюансы.

В центре сюжета – юная, властная, высокомерная и прекрасная царица Спарты Леонида (Анастасия Полянская). У нее есть цель и коварный план. Леонида хочет пробраться в сад, куда женщинам входить запрещено, чтобы завоевать сердце Агиса (Артем Лисач), а потом выйти за него замуж. Для того, чтобы осуществить этот план, Леонида и ее служанка Корина (Снежана Соколова) переодеваются в мужчин, берут себе имена Фокион и Гермидас, и отправляются в путь.

Мариво создал двух идеальных женских персонажей, способных соблазнять как мужчин, так и женщин, чтобы потом обрести над ними власть. И если Леонида полностью держит себя в руках, двигаясь к намеченной цели в уверенности, что даже «дождь должен идти только тогда, когда в нем есть необходимость», то Корина вовсю пользуется своими способностями без малейшего смущения, получая от Агиса все, что пожелает.

Пьеса, написанная в эпоху Просвещения, могла бы показаться в наши дни тяжеловесной, даже несмотря на закрученный и довольно фривольный сюжет. В основе постановки не только текст комедии, но и пьеса модного, современного, авангардного драматурга Клима (Владимира Алексеевича Клименко), известного тем, что он постулировал театр, лишенный стабильности. Вдохновленный даосскими техниками, Гурджиевым, Кастанедой и ушу, Клим изобрел «нулевой ритуал», в котором человек собирает себя из пустоты в театре, представляющим собой «золотую сферу мгновения».

Здесь кроется второй пласт постановки, который неизбежно вызовет массу вопросов. Агис в белых брюках с обнаженным торсом делает комплексы упражнений Цигун, стоит в позе дерева из йоги, просветленно играет на ханг драме. Сияя в свете софитов, Агис производит на зрителей совершенно космическое впечатление ангелоподобного или божественного существа. И только встретив переодетых в мужчин девушек, он становится более приземленным, когда сознается, что до этого мгновения никогда не чувствовал.

В постановке есть еще очень много отсылок к духовным практикам. Обитатели философского сада медитируют, созерцают зрителей в позе лотоса, сложив руки в молитве. На перчатках Леонтины (Оксана Сырцова) изображены глаза. Подобные изображения были на амулетах: «Рука Инанны», мудре Будды, Хамсе и других. Леонтина на первый взгляд также производит впечатление всевидящей или всемогущей ведуньи, которая с запредельной отдачей заставляет сопереживать, обнажается душевно и физически и выражает настолько глубокие чувства, что это никого не оставляет равнодушным. Но, все же, ее взгляд оказывается затуманен, и царице удается обвести Леонтину вокруг пальца.

Брат Леонтины — философ Гермократ (Владимир Шабельников) – мудрый и одновременно способный на сопереживание учитель. Он объясняет ученикам, что человек – это существо, ищущее смысл, не стоит вешать нос, так как иначе звезд увидеть не удастся, а красота – королева, которая правит очень недолго. Ученики (Валерия Ледовских и Павел Лебедев) дискутируют о том, насколько понятие «мужчины» — ложная идея, вспоминая Аристотеля и Платона. И это третий момент, на котором понимание происходящего может быть затруднено. При этом именно в этой сцене проявляется вся глубина постановки.

Когда хрупкая, едва стоящая на ногах, царица Леонида сначала убеждает всех вокруг, что царица, то есть она сама – всего лишь дура, а потом вдруг генерирует невиданную силу духа и как великий оратор произносит великолепную речь, в основе которой идея, что философ мыслит головой, а народ – животом, у Агиса нет ни единого шанса отказаться стать ее мужем, а зрителям становится однозначно понятно, что не зря еще в первом действии было сказано: «Бойтесь Женщин! В своих желаниях они не знают меры!».

И наконец, самый основной момент этой постановки, который обязательно вызовет недоумение – это внешний вид героев. На девушках военная форма, бронежилеты и кепки. В руках автоматы. На обитателях философского сада – белые балахоны. На головах настолько странные шапочки, что может возникнуть сомнение, а не намек ли это на то, что все происходящее – некая иллюзия или сон в психиатрической больнице?

Сюрреализм постановки не только во внешнем облике героев, он и в подборе музыки, контраст которой чувствуется особенно в начале. «Дельтаплан» Валерия Леонтьева, «Миллион алых роз» Аллы Пугачевой и релаксационная или современная музыка то вызывают ностальгические воспоминания из детства, дарят ощущение легкости, свободы и невесомости, или создают ритм действия, то вводят в состояние транса, в котором каждый зритель поймет в этой пьесе что-то свое.

Так ли уж изменился мир с античных времен, если войны до сих пор продолжаются, хотя, что может быть большим безумием, чем война? Что важнее: деньги или талант? И есть ли вещи важнее, чем любовь? Или вся античная философия – это просто витиеватое объяснение в любви? Сколько бы категорий ни изобрели философы, а на спирали знаний на каждом новом витке нужно все начинать сначала, только уже на новом уровне, и если делать это с любовью к себе, миру и своему делу, то можно увидеть и понять много всего интересного.