Может ли петербургский камерный театр конкурировать с БДТ и Александринкой? Как формируется бюджет и сколько стоит постановка спектакля? А также для чего вообще современные люди ходят в театр? Об этом и многом другом «ДП» побеседовал с директором театра «Суббота» Андреем Лобановым.

Диалоги о бюджете

Андрей Сергеевич, предлагаю начать наш разговор с базы — то есть с бюджета. Из каких источников и статей он формируется в театре «Суббота»?

— Как бюджетное учреждение культуры мы ежегодно получаем субсидию из городского бюджета на уставную деятельность. Госзадание предусматривает выделение средств на фонд оплаты труда, средства, необходимые для проката спектаклей, на новые постановки и на содержание нашего имущества. В предыдущие годы нам выделяли дополнительные целевые средства на проектирование нашего здания, обновление сценического оборудования, капитальный ремонт.

Важно отметить, что 15 лет назад появилась федеральная программа по поддержке российских театров. Я тогда был директором театра «На Литейном». Дополнительно деньги выделяли на новые постановки, гастроли, поддержание материально-технической базы, социальную поддержку и был ещё премиальный фонд театрам, которые в течение сезона добились определённых успехов, номинировались, например, на «Золотую маску». Это была серьёзная финансовая поддержка театров помимо выделяемой субсидии. Было бы замечательно, если бы такая программа снова появилась в нашем городе.

А от чего зависит размер основной субсидии? Вы должны обосновывать, почему в новом году потребуется сумма больше? Учитываются ли ваши пожелания и пояснения? А если не учитываются, что делаете в этом случае?

— Практика такова: до 1 июня подаём заявку на субсидирование будущего года. А вообще финансирование планируется на 3 года вперёд. Деньги закладываем на все те направления, о которых я уже сказал. Дальше комитет по культуре рассматривает заявки подведомственных театров и после идёт распределение по индивидуальному принципу. Театры все разные, со своим жанром и спецификой, штатным расписанием, имуществом. Нельзя сказать однозначно, что наш запрос на финансирование будет учтён целиком. Всё корректируется, и в конце текущего года мы узнаём финальные цифры.

И вот вы получаете ответ, видите выделенные суммы и понимаете, что они несколько отличаются от запрошенных. Какие действия в таких случаях предпринимает театр для сокращения возникшей разницы?

— Вступаем в диалог с комитетом по культуре. Он возможен. В комитете ежегодно проходит приём руководителей всех подведомственных учреждений. Есть возможность аргументировать и объяснить свою позицию. Убедить, что именно эта статья наиболее значима и её необходимо профинансировать. Я — за выстраивание партнёрских отношений с органами государственной власти. Хотя при этом понимаю, что многое зависит от общего финансового баланса и объёма средств, выделяемых на все подведомственные комитету учреждения.

Есть же ещё важная статья — ПД (приносящая доход деятельность). Как вы распоряжаетесь этими средствами?

— Без этой статьи было бы сложно жить любому театру. Заработанные деньги, как правило, распределяются по всем статьям финансово-хозяйственной деятельности. Доход у нас вполне достойный. Если взять последние 3 года, он составляет от 35 до 45% от размера выделяемой государством субсидии. В первую очередь эти средства идут на надбавки к заработной плате сотрудникам в дополнение к фонду оплаты труда, обеспеченному госзаданием. Это, пожалуй, главное. Также выделяем средства на выпуск новых постановок. В идеале театру хорошо бы выпускать не менее четырёх премьер в год. Но не всегда так получается, поскольку выделяемых государством средств, как правило, недостаточно.

Зрительская преемственность

Сколько спектаклей играет театр «Суббота» в год?

— По государственному заданию мы должны сыграть 380 спектаклей.

Больше, чем дней в году!

— Да. Но в эту цифру не входят гастрольные показы, участие в фестивалях за пределами Санкт-Петербурга. Обычно принимающая сторона берёт на себя расходы на проживание коллектива и питание, возможны, конечно, и иные расходы. Но ведь есть ещё перевозка декораций, проезд труппы, суточные и другое. Театр покрывает эти расходы из собственных средств. Это весьма затратные статьи. И было бы уместно, чтобы эти статьи расходов учитывались в государственном задании.

В начале марта у вас прошла премьера спектакля «Пять женщин, предавшихся любви». Можете сказать, сколько стоил этот спектакль?

— Цифры не назову, полагаю, это не очень корректно, но могу сказать, что в премьере занята большая часть труппы, интересная сценография и много костюмов. Спектакль создан по произведению японского классика XVII века Ихары Сайкаку. Декорации, костюмы, бутафория — исторические и довольно дорогостоящие. Если выпускать спектакль по современной драматургии или, допустим, камерный спектакль, конечно, он потребует меньше затрат.

От разговора про спектакли логично перейти к разговору про билеты. Если посмотреть афишу, можно увидеть: на одни постановки билеты стоят 900 рублей, на другие — 1,5–2 тыс. На премьерные — от 3 тыс. до 4 тыс. рублей. Как формируются эти цены и как часто вы их пересматриваете?

— Принцип нашего театра — демократичные цены. Отдел маркетинга, администраторы исследуют аудиторию, анализируют ситуацию и предлагают определённую ценовую стратегию. Ценообразование напрямую зависит от репертуара, в котором сегодня 35 названий. Помимо постановок для взрослой аудитории есть блок детских спектаклей. Есть спектакли для подростков: Holden, «Родькин чердак», прошлой осенью вышла премьера «Гудбай Китти».

Что касается аудитории, она у нас разная: есть те, кто ходил в театр «Суббота» ещё в пору руководства Юрия Александровича Смирнова-Несвицкого. Мы стараемся сохранять некоторые его спектакли.

Детские спектакли: «Денискины рассказы», «Удивительные приключения кролика Эдварда», «Мама, папа, сестрёнка и я» — они в нашем репертуаре довольно давно, но по-прежнему пользуются повышенным спросом. Более того, те, кто смотрел их в юном возрасте, теперь приводят на них своих детей. Такая вот преемственность.

Мы стремимся к тому, чтобы зрители с разным достатком имели возможность посещать театр «Суббота». Но исходя из меняющейся ситуации иногда вынуждены индексировать цены на билеты.

Конечно, в афише театра есть лидеры продаж — «Ревизор», «Планета людей», «Три товарища», «Опера нищего». Через 2–3 дня после открытия продаж билетов на них уже нет. Билеты на премьерные показы стоят дороже из-за повышенного спроса, но это не такая большая разница.

Творческая конкуренция

Мы с вами живём в большом городе, где очень много театров. Удаётся ли «Субботе» конкурировать, например, с БДТ, Александринкой, МДТ, Ленсовета?

— У нас камерный театр. Это особая атмосфера и стиль, отличный от больших сцен. В «Субботе» нет золота императорской сцены или размаха БДТ, постановочных возможностей крупных театров Петербурга.

Наш театр привлекает публику другим — дружеской атмосферой, искренностью и подлинным существованием артистов на маленькой сцене. Наши спектакли играются перед публикой на расстоянии вытянутой руки — в такой ситуации сфальшивить невозможно.

Если говорить не о технических возможностях, а о творческой составляющей, то да, нам удаётся успешно конкурировать. Свидетельство тому полные зрительные залы и национальные профессиональные премии «Золотая маска», «Арлекин», а также премия правительства Санкт—Петербурга в области культуры и искусства. В них мы участвуем наравне с другими коллективами, нередко номинируемся и периодически становимся лауреатами. Например, в прошлом году спектакль театра «Суббота» «Никто не приехал» был удостоен высшей театральной премии Санкт—Петербурга «Золотой софит» в категории «Лучший спектакль малой формы».

Любому театру необходимо развитие, движение, прежде всего это касается поиска новых авторов — режиссёров и драматургов. Как «Суббота» решает этот вопрос?

— У нас есть фестиваль «Сторис». Отличная идея, которую театр реализует уже 7 лет. На него присылают пьесы, которые должны уложиться при постановке в 20–40 минут, не больше. Формат камерного театра. Ежегодно принимаем от 400 до 700 текстов, эксперты их читают и отбирают 10–15, которые предлагают режиссёрам. Работа над эскизами идёт недолго, а затем 2 вечера подряд мы вместе со зрителями смотрим результат. И если художественный итог удачный, эскизы берём в репертуар. Дорабатываем и играем на сцене «Флигель» — это наша экспериментальная площадка. Прежде всего там идут пьесы молодых драматургов и режиссёров, которые были показаны в рамках фестиваля «Сторис».

У вас же есть ещё третья площадка…

— Пока нет.

Вроде бы вы её получили в 2023 году. Что там запланировано?

— Да, город передал театру здание, которое находится рядом с основной сценой. Занимаемся проектированием, так как здание находится в плохом состоянии. Эксплуатировать его можно лишь частично. Комитет по культуре выделил целевые средства на проект. Появилась проектная организация, совместно с которой театр ведёт работу. Наша цель — создание современной оборудованной площадки вместимостью до 100 зрительских мест.
Вместе с дизайнерами придумываем, чтобы там было комфортно и красиво. Учитываем современные технологии. Новая сцена «Субботы» должна существенно отличаться от основной площадки на Звенигородской, 30. Хотелось бы сделать сцену—трансформер с большими возможностями для камерных постановок.

Сейчас мы эксплуатируем один из этажей этого здания, где сделан ремонт. Там оборудовано репетиционное помещение, гримуборные, зона для хранения реквизита. В этом здании второй год обучаются студенты—актёры РГИСИ мастерской нашего главного режиссёра Андрея Сидельникова.

И когда же площадка заработает в полную силу?

— В ближайшее полугодие проектная документация должна пройти госэкспертизу. Мы получим согласованный проект, а затем необходимо для его реализации ждать финансирования. Не исключено, что к тому времени студенты получат дипломы и станут артистами. Мы, конечно, в них заинтересованы. Кто—то из них пополнит нашу труппу, так как обновление всегда важно. Но сказать, когда новая сцена откроется, пока трудно. Хочется надеяться на лучшее, чтобы проект был завершён в обозримые сроки, а весь процесс не превращался, как иногда бывает, в долгострой. Идеально, если бы приступили к реализации проекта через 2 года.

Вы говорили про молодых артистов. Насколько легко или сложно работать именно с этой частью труппы? Ведь они, вероятно, чаще склонны к переходам в другие театры или даже к переезду в другой город. Что предпринимает театр, чтобы они оставались как можно дольше?

— Я бы сказал, что у нас нет этой проблемы. Действительно, есть группа замечательных молодых артистов. За последние 3 года от нас ушли человека два, не больше. А это неплохой показатель. Театр хорошо развивается, у нас разнообразный репертуар и созданы хорошие условия для творческой реализации артистов. Молодые актёры наиболее азартны, подвижны и, безусловно, если появляется время, хотят участвовать в других проектах — съёмках или спектаклях. Они ведь и там профессионально растут, развиваются. В этих вопросах необходим диалог. Руководство театра всегда открыто к нему. Тем более что снимаются артисты всех возрастов, не только молодые. Не будем скрывать, что это для них дополнительный заработок, а это немаловажно.
Когда закончится бум?

Готовясь к разговору, я, разумеется, посмотрела афишу, и там картина, несомненно, радующая директорский глаз: большинство спектаклей продано. У тех, что ещё нет, осталось всего 3, 10, 20 мест. Можно ли сказать, что последние 3–4 года в Петербурге наблюдается культурный бум, посещаемость растёт? Как долго это явление может ещё продлиться, на ваш взгляд? Спад ведь неизбежен.

— Соглашусь, что спад неизбежен рано или поздно. Эту тему мы недавно обсуждали с коллегами.
А как это проявляется?

— Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо вернуться в 2020 год, в период пандемии. Тогда в марте все учреждения культуры остановили свою работу, и эта пауза продлилась 6–8 месяцев. Люди оказались изолированы. Большую часть времени находились дома, работали дистанционно. Мы прекрасно помним этот тяжёлый период, который в последующем явился импульсом к повышенному зрительскому интересу. Людям стало необходимо ходить в театры, смотреть спектакли, получать эмоции. Так постепенно зрительский интерес перешёл в бум. Конечно, я как руководитель заинтересован, чтобы интерес к театру и конкретно к театру «Суббота» сохранялся так долго, как только это возможно.